Didžioji rusų revoliucija: formacijos ir civilizacijos aspektai / Великая русская революция: диалектика формационных и цивилизационных аспектов

Anonimusas
Pridėti naują straipsnį

Nori prisidėti? Dalinkis straipsniu arba rašyk savo!


(Доклад на международной научной конференции «Великая Октябрьская революция 1917 года и неотложные проблемы исторического развития человечества»)

Санкт — Петербург, Дом Плеханова

2017-11-07

Обе революции 1917 года в России: буржуазно-демократическая февральская и пролетарско-социалистическая октябрьская, которые ныне объединены под одним наименованием „Великой русской революции“, означали глубинный исторический прорыв в процессе формационного и цивилизационного развития человеческого общества.

Диалектика двух подходов к анализу социальных явлений

Если первый – формационный – аспект рассматривался в марксисткой теории достаточно подробно в течении всего послереволюционного периода, то второй — цивилизационный – удостоился внимания по сути лишь после 90- х годов прошлого века, в частности после появления книги Самюэля Хантингтона «Столкновение цивилизаций» и крушения СССР вместе с мировой системой реального социализма.

В связи с этим доминирование первого подхода в историографии по существу сменилось доминированием второго, однако и в первом и во втором случаях такая ситуация явно нарушает принцип диалектически – целостного подхода к анализу общественных явлений и событий. На сегодняшний день как раз и ведутся поиски интеграции этих двух методологий к анализу социальной истории.

Великая русская революция и марксистская периодизация революционного процесса

Диалектико-целостный подход фиксируется сегодня, на мой взгляд, и в самом понятии „Великая русская революция“, которое неоднозначно воспринято левыми политическим силами и теоретиками. Однако представляется, что это понятие вполне укладывается в русло марксистской методологии выделения разных этапов, стадий и фаз революционного процесса, которую на примере Франции К. Маркс блестяще продемонстрировал в работе „18 брюмера Луи Бонапарта“. Советский исследователь К. Зародов в своём фундаментальном труде „Три революции в России и наше время“ отмечал: „Известно, что мысль о непрерывном развитии революции высказали ещё К. Маркс и Ф. Энгельс, выдвинув положение о её трёх основных стадиях: первая „есть ограничение абсолютизма, удовлетворяющее буржуазию; вторая – завоевание республики, удовлетворяющее „народ“, т. е., крестьянство и мелкую буржуазию вообще; третья – социалистический переворот, который один только способен удовлетворить пролетариат“.[1]

Опираясь на эти положения классиков марксизма В. И. Ленин разработал теорию перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую. В тоже время он предостерегал от догматического, схематического толкования данной выше этапизации революционного процесса. В полемике с Г. В. Плехановым В. Ленин подчёркивал, что к этой
схеме надо относится творчески и что она верна лишь „в общем и целом, на долгом историческом отрезке“.[2]

Формационная и цивилизационная теории общественного развития

Формационная теория К. Маркса хорошо известна, в советской общественной науке она была азбучным постулатом, ровно как и то обстоятельство, что Великая Октябрьская революция ознаменовала переход общества от капиталистической формации к коммунистической и её первому этапу – социализму. Общественно – экономическая формация в марксизме трактуется как ступень прогрессивного развития человеческого общества, представляющая совокупность всех общественных явлений в их органическом единстве на основе определённого способа производства материальных благ, характеризующегося диалектическим взаимодействием производительных сил и производственных отношений. Базисным, системообразующим элементом формации являются отношения собственности.

Парадокс однако состоит в том, что и цивилизационная теория для специалистов была так же давно и хорошо знакома, но в силу идеологических причин оказалась в стороне от используемого научно-обществоведческого инструментария. По крайней мере в достаточно известных трудах Н. Я. Данилевского (1822-1885) и А. Тойнби (1889- 1975) как раз и были заложены основы цивилизационной теории развития, которая в качестве центрального методологического положения использовала понятие не „формация,“ а „цивилизация“. Под цивилизацией понимается тип организации общества, характеризуемый специфической общественно-производственной технологией и соответствующей ей культурой, определенной философией и общественно-значимыми ценностями. Основой того или иного типа цивилизации является культур

Западная и восточная цивилизации

Историками выделяется до 21 цивилизации, как уже ушедших в историю, так и существующих поныне. В контексте темы нашей конференции все многообразие локальных цивилизаций можно разделить на две ведущие группы — восточные и западные. Главное различие между ними – характер организации общественной жизни, специфика взаимоотношений индивида, общества и природы.

Для восточной характерна высокая степень зависимости индивида от природы и географической среды, тесная связь человека с его социальной группой, низкая социальная мобильность, господство среди регуляторов общественных отношений традиций и обычаев.

Западные цивилизации, напротив, характеризуются стремлением к подчинению природы власти человека, приоритетом прав и свобод личности над социальными общностями, высокой социальной мобильностью, демократическим политическим режимом и правовым государством.

Революция как цивилизационный выбор

Формационный аспект Великой русской революции достаточно полно изучен и представлен, чего отнюдь нельзя сказать о её цивилизационном характере. Применительно к российской истории можно утверждать, что если февральская революция была актом догоняющего цивилизационного рывка, как бы продолжением цивилизационных реформ Петра I и Александра II, то именно в содержании Великой Октябрьской революции, диалектическое единство формационных и цивилизационных аспектов нашло своё наиболее полное воплощение. Как раз это обстоятельство и отличает в корне Великую октябрьскую социалистическую революцию от другой великой революции — французской буржуазной.

Здесь следует отметить, что в начале и среди марксистов – большевиков преобладали настроения догоняющего цивилизационного развития революционной России. Марксизм сам по себе продукт западной цивилизации. В связи с этим С. Кара-Мурза в своей фундаментальной книге «Советская цивилизация» обратил внимание на совершение Лениным «большого пути» – от ортодоксального марксиста и евроцентриста, написавшего «Развитие капитализма в России», до творца советского строя и вождя цивилизационного масштаба – провозгласившего Апрельские тезисы 1917 г. в которых содержался цивилизационный выбор, прикрытый срочной политической задачей. Не буржуазная республика, а идущие от крестьянской общины Советы, не ускоренное развитие капитализма с последующей пролетарской революцией, а продолжение некапиталистического пути развития в форме социализма.[3] (Здесь в одном можно поспорить с автором — Ленин никогда не был ортодоксом, он всегда творчески относился к марксистской теории или, по крайней мере, умел творчески сочетать верность принципам марксизма с его творческим развитием).

Тот же С. Кара -Мурза приводит красноречивые факты осознания цивилизационного аспекта революционных событий 1917 года некоторыми деятелями и теоретиками тогдашней России и Европы: «Суть Октября как цивилизационного выбора отметили многие левые идеологи России и Европы. Лидер эсеров В. М. Чернов считал это воплощением «фантазий народников-максималистов», лидер Бунда М. И. Либер (Гольдман) видел корни стратегии Ленина в славянофильстве, на Западе сторонники Каутского определили большевизм как «азиатизацию Европы». Предвосхищая взгляды евразийцев, Н. Бердяев писал: «Большевизм гораздо более традиционен, чем принято думать. Он согласен со своеобразием русского исторического процесса. Произошла русификация и ориентализация марксизма». Еще более определенно оценили цивилизационный смысл Октябрьской революции западные традиционалисты. Вальтер Шубарт в своей известной книге «Европа и душа Востока» (1938) пишет: «Самым судьбоносным результатом войны 1914 года является не поражение Германии, не распад габсбургской монархии, не рост колониального могущества Англии и Франции, а зарождение большевизма, с которым борьба между Азией и Европой вступает в новую фазу… Причем вопрос ставится не в форме: Третий рейх или Третий Интернационал и не фашизм или большевизм? Дело идет о мировом историческом столкновении между континентом Европы и континентом России…“.[4]

Взаимопроникновение цивилизационного и формационного содержания революции

Большевики, возможно сами того не осознавая, «цивилизационное отставание» России от Запада из, якобы, всеми признанной исторической слабости попытались превратить в преимущество и вывести Россию на собственный путь цивилизационного развития. «Слабость» усматривалась в том, что, как отмечал Самюэль Хантингтон. Россия вовсе или слабо подверглась влиянию основных исторических феноменов, присущих западной цивилизации, среди которых: римское католичество, феодализм, ренессанс, реформация, экспансия и колонизация заморских владений. В дальнейшем, как известно Сталин акцентируя русский вопрос и роль православной церкви в период великой Отечественной войны ещё более чётко обозначил особый цивилизационный путь страны. Тот же С. Хантингтон подчеркивал, что марксизм сближал Россию с Западом, а русизм увеличивал разрыв между ними.[5]

Однако по этому вопросу есть и другая точка зрения, сформулированная выдающимся советским, российским философом и логиком Александром Зиновьевым, который отмечает, что «в рамках западной цивилизации зародились и развились две линии социальной эволюции человечества — западнисткая и коммунистическая».[6]

Представляется, что оба автора по своему отображают диалектическую инверсию цивилизационных и формационных аспектов процессов, начало которым положил Великий Октябрь. В одном случае фиксируется влияние традиционных особенностей русской цивилизации на её формационное развитие, в другом — воздействие формационных аспектов на процесс раздвоения единой западной цивилизации и дальнейшее обособление и взаимодействие разделённых её частей.

Вплоть до развала Советского Союза традиционная западная цивилизация в определённом смысле так же следовала по пути «догоняющего» цивилизационного развития. Реформы Рузвельта по выводу США из «великой депрессии» 30-х годов прошлого века на основе социализации экономики — это прямое следствие советского примера в единстве его цивилизационных и формационных принципов организации общественной жизни.

Собственность и культура — основа советской формации и цивилизации

Как отмечалось в изданной в поздний советский период книге „Очерк теории социализма“: „В отличии от всех иных революций, совершившихся до неё, Октябрьская революция была первым в истории человечества переворотом, изменившим саму суть общественных отношений“.[7] В результате этой революции сформировался новый тип собственности – общественная собственность на средства производства и новый тип культуры – народная гуманистическая (социалистическая) культура. Началось становление совершенно новой формации – социалистической и цивилизации нового типа – советской или советской формации и социалистической цивилизации.

Советский строй — отмечает С. Кара-Мурза – это период в истории той цивилизации, которая сложилась в Евразии, отделенной более или менее четкими природными и культурными границами от западной цивилизации и от того, что условно понималось как «Восток» (Турция, Иран, Афганистан и Китай).[8]

Диалектика Октябрьской революции проявилась, прежде всего, во взаимной инверсии цивилизационных и формационных моментов в процессах революционных преобразований этого периода. Вместе с тем и в связи с этим во многих преобразовательных действиях того времени можно усмотреть доминирование или цивилизационных, или формационных сторон, что, впрочем, не исключает проявления обратной доминирующей тенденции в дальнейшем. Одним словом, что в начале представлялось чисто формационным актом, в дальнейшем во всё большей степени приобретало цивилизационные черты, и наоборот, казалось бы цивилизационные действия становились позже одними из основополагающих принципов новой формации.

В процессе становления и формирования системы нового общества имело место сочетание и взаимопроникновение элементов восточной и западной типов цивилизации. Масштабное преобразование природной среды в связи со строительством новых городов, посёлков, заводов, фабрик, разработкой и добычей полезных ископаемых сопровождалось созданием заповедных природоохранных зон, сбережением традиционного быта, промыслов и жизненного уклада северных и иных малых народов, сохранением их среды обитания. Высокая социальная мобильность населения, его индустриализация и урбанизация сочетались с усилением коллективистских начал в их образе жизни, упрочении связей индивида с его социальной группой.

Национализация — главный инструмент формационного переворота

Инструментом формационного переворота Октябрьской фазы Великой русской революции была национализация. Причём сам этот процесс носил не только экономический, вытекающий из марксисткой доктрины, но и вынужденно политический, обусловленный обстоятельствами революционной борьбы в России, характер. В первый период национализации, который, как известно, В. И. Ленин назвал «красногвардейской атакой на капитал» было национализировано большое количество промышленных предприятий, собственники которых занимались саботажем, организацией контрреволюционных заговоров, а так же предприятий, принадлежавших эмигрировавшим за границу капиталистам. 27 декабря 1917 года Советской государство национализировало банки, финансировавшие контрреволюцию. 22 апреля 1918 года была национализирована внешняя торговля, а 28 апреля 1918 года принят декрет о национализации крупных предприятий всех отраслей промышленности. Советская власть так же осуществила конфискацию помещичьей собственности на средства производства и национализацию земли.[9]

Таким образом была заложена экономическая основа новой формации — государственно-общественная собственность на средства производства, которая в дальнейшем, как известно, проявила не только свои формационные преимущества в деле организации и развития народного хозяйства, но и обнаружила свои цивилизационные особенности в виде административно-командной системы организации общественной жизни, которая прочно связана с деятельностью и именем И. В. Сталина. Как отмечал А. Зиновьев: «Трагичность сталинской эпохи состояла в том, что в тех исторических условиях сталинизм был закономерным продуктом Великой революции и единственным способом для нового общества выжить и отстоять своё право на существование».[10]

Культурная революция и цивилизационный поворот

Одновременно в России происходил и глубочайший изначальный цивилизационный переворот, начало которому положила Октябрьская революция. Основным инструментом этого переворота была культурная революция. Её особенности определялись значительной отсталостью унаследованной Россией от прежнего цивилизационного этапа, неравномерностью экономического и культурного развития населяющих её наций и народностей.

В ходе культурной революции была коренным образом перестроена система народного образования, ликвидирована массовая безграмотность, создана широкая сеть школ, вузов, культурно-просветительских учреждений. «Культурная революция охватила все социальные, национальные, этнические группы, способствуя их развитию».[11]

Республики Прибалтики, как известно, несколько позже вошли в состав советской цивилизации. До этого они некоторое время были независимыми буржуазными государствами, но значительную часть своей истории находились в составе Российской империи и вместе с ней проходили путь догоняющего цивилизационного развития. Однако они не были участниками послеоктябрьской культурной революции. Кроме того, их специфика ещё заключалась в том, что культурно и ментально эти государственно — этнические образования через католичество были периферией западной цивилизации. Данные обстоятельства и явились одной из причин того, что они выступили застрельщиками процессов разрушения СССР в 90-ые годы прошлого века.

Ликвидация неграмотности — единая основа формационного и цивилизационного переворота

Фундаментом формационного и цивилизационного переворота в их диалектическом единстве стала ликвидация неграмотности. Борьба за всеобщую грамотность стала основой коренных преобразований общественных отношений, формирования нового типа народного хозяйства, и новой народной культуры. Как отмечал французский философ Жиль Делез: «Письмо никогда не было принадлежностью капитализма. Капитализм глубоко неграмотен.»[12] В то же время вся дооктябрьская история цивилизационного развития человечества свидетельствовала о том, что грамотность была привилегией узкой элитарной группы людей, которые занимали командные позиции в социально- общественной иерархии той или иной локальной цивилизации. Таким образом формационное по своим задачам преобразование- ликвидация неграмотности (как писал Ленин: «Неграмотный человек — вне политики» ) – стало одновременно и глубоким цивилизационным переворотом.

Как известно, грамотность является одним из сильнейших факторов экономического роста . Грамотное население имеет гораздо больше возможностей для восприятия и использования новых технологических достижений, а с другой стороны, оно более активно производит социально — экономические инновации, способствующие формированию народнохозяйственных отношений нового формационного типа. Вместе с тем грамотный и образованный человек становится активным потребителем и созидателем культурных ценностей цивилизационного характера, осознающим цивилизационное своебразие, преимущества и недостаткиазных типов общественного развития.

Накануне октябрьской революции ¾ населения Российской империи были неграмотными. В декабре 1919 года, в самый разгар Гражданской войны Совет народных Комиссаров издал подписанный В. И. Лениным декрет «О ликвидации безграмотности среди населения РСФСР». Все жители Советской России в возрасте от 8 до 50 лет, не умевшие читать и писать, обязаны были обучиться грамоте. Была создана всероссийская чрезвычайная комиссия по ликвидации неграмотности. Во всех уголках страны повсеместно создавались специальные пункты, где вечерами после работы миллионны мужчин и женщин склонялись над первыми советскими букварями. В 1923 году было создано массовое добровольное общество «Долой неграмотность», председателем которого был избран М.И. Калинин. Активное участие в его работе принимала Н.К. Крупская. Под лозунгом «Грамотный обучи неграмотного» в борьбу с неграмотностью были вовлечены сотни тысяч человек. Особенно разительными были успехи в ликвидации неграмотности в республиках Советского Востока. Здесь за первые годы Советской власти процент грамотных в возрасте 9-49 лет поднялся с 6 до 80 процентов. К 1940 ликвидация неграмотности в СССР в основном была завершена. За 20 лет, с 1920 по 1940 г., грамоте было обучено почти 50 млн. мужчин и женщин. Советское государство по грамотности населения вышло на первое место в мире. (См. Иллюстрированная история СССР.[13]

Новая культура — новая цивилизация

На этом фундаменте была создана новая система народного образования, которая в свою очередь способствовала формированию новой культуры — ядра новой советской цивилизации. Согласно решениям партии и правительства с 1930/31 учебного года стало осуществляться всеоб­щее бесплатное обучение в объеме 4-летней начальной школы (для детей 8, 9, 10 и 11 лет) В промышленных городах, фабрично-заводских районах и рабочих поселках с 1930/31 г. вводилось обязательное 7-летнее обучение для детей, окончивших 4-летнюю школу. К концу первой пятилетки всеобщее обязательное обучение в основ­ном было осуществлено на всей территории СССР. В годы двух первых пятилеток по всей стране развернулось грандиозное школьное строительство. В 1929 — 1932 гг. было построено 13 тыс. новых школ на 3,8 млн. ученических мест, а в 1933 — 1937 гг. — 18778 школ. Введение всеобщего начального обучения и большие масштабы школьного строительства дали возможность увеличить число учащихся в начальных и средних школах в 1937 г. до 29,6 млн. человек (а в 1914 г. — 8 млн. человек).

Огромные успехи были достигнуты в развитии школьного образования в союзных республиках. Например, число учащихся в Таджикской ССР к 1938 г. выросло по сравнению с 1914 г. в 682 раза. Были созданы сотни новых педагогических институтов и техникумов в РСФСР и других республиках. Рост сети высших и средних учебных заведений дал возмож­ность подготовить в течение первой пятилетки свыше 400 тыс. специалистов с высшим и средним образованием, а за вторую пятилетку — около 1 млн. человек. Значительных успехов в годы первой и второй пятилеток добилась советская наука. Задачи хозяйственного строительства, поставленные в пятилетних планах, потребовали от ученых установления самой тесной связи с производством, с практикой социалистического строительства. Работы И. П. Павлова, И. В. Мичурина, А Е. Ферсмана, Н. Д. Зелинского, К. Э. Циолковского, А. П. Карпинского, В. А. Обручева и других получили мировое признание и известность. В период двух первых пятилеток были созданы и развернули работу Академия наук Белорусской ССР, а также филиалы Академии наук СССР на Урале, Дальнем Востоке, в Азербайджанской, Армянской, Грузинской, Казахской, Таджикской, Туркменской и Узбекской союзных республиках. В Советской стране возникла новая интеллигенция, вышедшая из среды рабочих и крестьян. Что же касается старых специалистов, то абсолютное большинство их окончательно перешло на сторону Советской власти.[14]

Советская культура отличалась от западной именно по своим базисным, цивилизационным основаниям. Если западная культура во всех своих проявлениях и образцах испытывала на прочность человеческую личность тематикой денег, насилия и секса, то советская — темами труда, совести и любви.

Советская цивилизация как результат революции

Цивилизационную суть и результат великой советской культурной революции А. Зиновьев охарактеризовал следующим образом: «Это поразительный феномен: самым доступным для нового общества оказалось то, что было самым труднодоступным для прошлой истории, – образование и культура».[15] В результате всех преобразований, осуществленных Советской властью, которая сама по себе представляла продукт формационного и цивилизационного выбора народа, и возникла «советская цивилизация». Тот же А. Зиновьев отмечал, что одним из важнейших аспектов любой цивилизации являются определенные результаты совместной жизнедеятельности людей, воплощающиеся в системе власти, хозяйстве, верованиях, культуре, характере человеческого материала и образе жизни населения.[16]

Всё это было в Советском Союзе, где и система власти, и система народного хозяйства, и образ жизни людей имели свою цивилизационную специфику. Государственный атеизм этой цивилизации — также являлся её идентификационной чертой. Нечто подобное сегодня происходит в коммунистическом Китае. Великая Октябрьская социалистическая революция была не просто процессом перехода от одной формации к другой. В работе Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884) отмечается, что «…для трёх великих эпох цивилизации» (сменивших первобытно – общинный строй) характерны три великие формы порабощения: рабство — в античном мире, крепостничество — в средние века, наёмный труд — в новое время».[17] То есть октябрьский переворот — это переход от классово-антагонистического типа формационного развития к новому не антагонистическому и бесклассовому. Такого рода революционный переход неизбежно одновременно является и актом цивилизационного переустройства общества. И в этой диалектике заключается одно из основных отличий подлинной социалистической революции от всех других революционных переворотов, в том числе и от так называемых «цветных революций» современности.

Советская страна развивалась и успешно проходила все исторические испытания до того момента, пока в основе её развития присутствовала диалектика формационных и цивилизационных аспектов, цивилизационность формации и формационность цивилизации и их взаимодополняемость. После того, как перестройка окончательно дискредитировала цивилизационный выбор советского народа и обществу в очередной раза была навязана модель догоняющего западнического развития, произошло разрушение СССР.

Сегодня можно наблюдать возращение России к аутентичному цивилизационному пути, но ее формационная идентичность с западной цивилизацией, однобоко метафизический, а не диалектический характер взаимодействия цивилизационных и формационных содержательных сторон развития является тормозом и препятствием для её подлинно революционного прорыва, отвечающего историческим вызовам нашего времени.

___
1. К.И. Зародов. Три революции в России и наше время. М., 1983, стр. 175
2. Ленин В. И. Полн. Собр. соч. М., т. 10, стр. 26
3. Кара — Мурза С. Г. Советская цивилизация. М., 2016
4.https://readanywhere.ru/kara-murza-sergej-georgievich/books/sovetskaya-civilizaciya/213519/Trial
5. Самюэль Хантингтон. Столкновение цивилизаций. М., 2014
6. Зиновьев А. А. На пути к сверхобществу. М., 2000, стр. 280
7. Очерк теории социализма. Смирнов Г. Л., Андреев Э. М., Баграмов Э. А. и др.). М. 1989, стр. 95
8. (http://www.kara-murza.ru/books/sc_a/sc_a75.htm#hdr_104)
9. Политическая экономия (Словарь) (Под ред. М. И. Волкова и др. М., 1979, стр. 234
10. Зиновьев А. А. Сталин — нашей юности полёт. (http://knigosite.org/library/read/50547)
11. Философский энциклопедический словарь. Редкол.: С. С. Аверинцев, Э. А. Араб — Оглы, Л. Ф. Ильичёв и др. -2-е изд. – М., 1989, стр. 296
12.Жиль Делез. Анти — Капитализм и шизофрения. Книга 1. Анти-Эдип. М., 2007, стр. 62
13. Пашуто В. Т., Итенберг Б. С., Тарновский К. Н. и др.; -3-е доп. изд. – М. 1980, стр. 331
14. http://histerl.ru/sovetskie_soyz/obrazovanie/kulturnaia_revolycia.htm
15. Зиновьев А. А. На пути к сверхобществу. М., 2000, стр. 430
16. Зиновьев А. А. Там же, стр. 276
17.Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства. К. Маркс, Ф. Энгельс, Собр. соч., изд. 2, т. 21, с. 175.


Įvertink straipsnį: 3   0
Pridėti naują straipsnį

Nori prisidėti? Dalinkis straipsniu arba rašyk savo!

Komentarų kol kas nėra

VISI STRAIPSNIAI LIETUVA PASAULIS KAIMYNAI SMAGUMAI




Reklama

Paveiksliukai


Video



Rėmėjas

Draugai

VISUOMENĖS SAUGUMO KONCEPCIJA

Puslapis feisbuke


Hey.lt - Nemokamas lankytojų skaitliukas
Kiekvienas žmogus su čia pateikta informacija elgiasi savo nuožiūra.
Pradžia: 2014 rugpjūčio 18 | 852 | 415.956